Ядро цикла

Всё, что описано в pantheon-axis и в концовках (endings), стоит на одной несущей механике. Её нельзя терять при доработке — это буквально то, во что играют каждый ход.

Некромант — это awareness

Игрок по лору — чистое свидетельствующее сознание (Ātman / sākṣī). Мир, нежить и четыре бога — его собственные проекции. Богиня Майя названа термином адвайты для иллюзорной видимости, наброшенной на сознание: она — проекция внутри māyā, принимающая себя за основу, и потому ближе всех к правде.

Из этого — осевое механическое правило:

Боги не могут принудить игрока ни к чему. Вся их «власть» — иллюзия рычага. Долг, обязательство, желание помочь — сфабрикованные видимости. Бог может лишь создать видимость, что игрок ему должен, или сделать так, что игроку захочется кому-то помочь. Сами боги при этом могут не знать, что они — проекции.

Следствие для тона: каждый тёмный исход самоавторский. Не бог одолел тебя — ты сам продолжил верить в рычаг. Некромант творит свой ад сам. Это буддийская мысль дословно: страдание из жажды (taṇhā), а жажда (Тришна) здесь — твоя же проекция, работающая «через тебя».

Каждый труп — это компас в миниатюре

Весь геймплей некроманта сводится к одному повторяющемуся вопросу — что делать с мёртвым. Каждый труп — выбор из четырёх, и это и есть compass-ввод:

Решение над трупом	Бог	Ось	Режим
Вписать в легион — назвать, ранжировать, сделать своим навсегда	Ахамар	S — закрепить «я»	использовать
Сжечь как топливо — в растущую кучу, ресурс для следующего рывка	Тришна	E — питать желание	использовать
Растворить душу — отпустить «я», слить с недвойственным	Майя	N — отпустить «я»	освободить
Упокоить из милосердия — прекратить страдание, не использовать	Зага	W — гасить желание	освободить

Первые два — «использовать» (гравитация к углу SE), вторые два — «освободить» (гравитация к углу NW). Так моральный градиент пантеона перестаёт быть декларацией и становится буквальной механикой руки.

Компас — живой стейт, а не финальный экран

Точка на кресте (см. endings) двигается от накопленных решений и непрерывно перекрашивает мир: архитектуру, поведение NPC, палитру, облик нежити, погоду. Толкаешь к полюсу бога — он ползёт к тёмной стадии (Тришна: Щедрость → Жажда → Пожирание; Ахамар: Маска → Трещина → Разоблачение). Тянешь к центру / его свету — он идёт к покою.

Стадии-портреты богов — это UI компаса. Галерея states на страницах богов не только лор: она — живой счётчик, показывающий, куда ты завёл точку.

Дефолтный дрейф — на E, к Тришна: петля захвата территорий и накопления тел уже её вектор. «Ничего особенного не делать» = медленно скатываться в её тьму. Удержание центра — активная работа против гравитации собственной игры.

«Как» весит столько же, сколько «где»

Одни и те же координаты, разный маршрут = разный мир. Каждую ось можно пройти принуждением или приятием, и это флипает знак исхода:

• Запад приятием (милосердие) = свет Зага; Запад принуждением (заковать чужое хотение) = её тьма.
• Север приятием (отпустить своё) = свет Майя; Север манипуляцией (сорвать чужие привязанности силой) = её тьма.

Это держит Майю-тьму и Загу-тьму различимыми: расходятся не координаты, а способ, каким ты туда пришёл.

Сострадание — ключевой глагол

Упокоение из милосердия (Mitleid) — не просто «West». По Шопенгауэру это главное противоядие Воле, и работает оно через прозрение сквозь principium individuationis — иллюзию раздельности существ. А это дословно адвайта Майи. Поэтому:

Сострадание = видение недвойственности = мост Зага ↔ Майя. Один глагол тянет сразу на СЗ и гасит Волю мягко, а не войной.

Трещина бога = защита от знания о собственной несамосущности

Раз боги — проекции, каждый смутно чует, что не самосущен, и его тёмная сторона есть бегство от этого знания:

• Ахамар — пепел под золотом это и есть пустота его несуществования-само-по- себе; он яростно фиксирует «я», чтобы доказать, что реален.
• Тришна — спираль, не достигающая центра: гонится за субстанцией, которой нет, потому что нет центра.
• Зага — не может отрицанием Воли добить себя в небытие: она не основа, распустить её может только сознание (игрок). Цепи держат «я», которое она чует контингентным.
• Майя — почти знает, что раздельного нет, но обращает это в манипуляцию вместо полного узнавания.

Пробуждение (см. endings) убирает не богов, а топливо их тьмы — веру в рычаг и в раздельность.